Знаки смерти в социальных сетях

Социальные сети (в данном случае остановим наш любопытствующий взгляд на  ВК) – явление преинтереснейшее, не знающее аналогов в до-цифровой культуре коммуникации. Любоваться этим явлением можно бесконечно: тут тебе и «умная лента», оберегающая твой мирок, и доступность пользователя любого ранга и статуса для возможной коммуникации, и мгновенный, почти вирулентный потенциал, позволяющий мобилизовать граждан на что угодно, даже на революцию и прочее, и прочее…

Начали за здравие, но тема обязывает. Наблюдая за развитием соцсетей за последние пять лет, замечаю одну, на мой взгляд, симптоматичную странность. Как только пользователь сталкивается с опытом смерти (потеря ли это близкого или смерть знаменитости, теракт или катастрофа) – ресурс выразительных средств социальных сетей начинает пробуксовывать. Пользователь пытается выразить свои эмоции, но знаки, предлагаемые соцсетями, столь скудны и неадекватны, что явно ощущается растерянность.

Что на текущий момент есть в арсенале пользователя:
- слова-комментарии под тем или иным постом, сообщающем о смерти, которые, пожалуй, наиболее адекватно претендуют на социально одобряемые знаки смерти. (Впрочем, между формальным r.i.p. и персональной попыткой выразить эмоцию потери – очень существенная разница);

Реакция пользователей ВК на смерть музыканта Дэвида Боуи

- смайлики, которые пытаются занять свою нишу в зоне символического, но здесь зияние смысла, пожалуй, наиболее отчетливое. Смайлик, это порождение культуры легкого общения, явно не справляется с задачей, автоматически превращая любое высказывание в шутку, веселя собеседника там, где нет повода для радости;

Реакция пользователей ВК на смерть музыканта Дэвида Боуи

- лайки, особым образом участвующие в высказывании (хотя, если вдуматься, имеющие очень странный статус). Например, если новость о смерти Дэвида Боуи в течении нескольких часов собирает несколько тысяч лайков, должны ли мы считать, что пользователям она действительно нравится ?
- в редких случаях используются мемы, крайне неуместно и неадекватно выражающие эмоцию, явно пытающиеся создать тематическое скорбящее виртуальное сообщество;

Реакция на смерть английского актера Алана Рикмана (Здесь он в роли профессора Снега из цикла фильмов о Гарри Потере)

- ну и, наконец, недавнее изобретение – скорбные картинки типа горящей свечи и т. п.; особо сентиментальные пользователи создают тематические слайдшоу на тему скорби

Вот пожалуй и всё. Многовековой опыт мировых культур, опыт великих художников, писателей, фольклорные традиции, ритуалы, заплачки – одним словом, всё это ослепительное, возвышенное великолепие схлопнулось во все эти довольно жалкие потуги социально значимого высказывания по очень серьезному поводу.

Чтобы оценить масштаб проблемы, хотелось бы напомнить о том месте, которое традиционно занимал образ смерти в культуре. Собственно, не будет преувеличением сказать, что образ смерти – ровесник человеческой культуры. Именно в тот момент, когда между нашей жизнью и ее завершением встает образ смерти (в погребальном обряде или ритуале), мы и можем говорить о рождении культуры. В каком-то смысле можно отметить, что мы никогда не имеем дело со смертью, но всегда лишь с ее образом. Однако если архаический образ смерти застроен на проведении четкой границы между живым и мертвым, на детальной ритуализованной регламентации правил перехода этой границы, то современная медиасреда предлагает нам опыт радикального упразднения с таким  трудом установленной сакральной границы между живым и мертвым. Все эти тяжеловесные смыслообразующие структуры явно не помещается в игольное ушко пользовательской легкости, на которую, собственно и заточены социальные сети.

Сегодня примерка образа смерти посредствам медиатехнологий осуществляется без риска, как бы не всерьез и скорее для самолюбования.

Но не стоит «анафемствовать» на социальные сети, ведь они рождены в логике современного общества. Еще Ж. Бодрийяр отмечал своеобразное «вытеснение» институтов смерти современной западной культурой. Подобно тому, как классическая эпоха вытеснила безумие, нынешняя эпоха изгоняетсмерть как антиобщественное явление.

При видимой популяризации образа смерти на всевозможных готических ресурсах, сам опыт смерти становится чем-то постыдным, запрещенным.  Общество ведет себя так,  как будто вообще никто не умирает, но подобный самообман никак не упраздняет подсматривание за смертью. «Подобно тому, как некоторое время назад в обществе было не принято говорить о сексе, так после снятия табу с половой сферы эти запреты и некий заговор молчания был перенесен на смерть» ( Ф. Арьес).

Социальные сети, порождение идеалов общества потребления, присваивают любые образы, в том числе и образ смерти. Просеивая их, облегчая, делая легкими – «не грузящими». Как следствие мы получаем облегченную версию образа смерти.

 

Социальные сети задумывались для общения живых, молодых, амбициозных, креативных людей. Изначально даже не предполагалось, что с пользователем может что-то случаться. Но вспомним классика: «Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус!». Вот такая досадная мелочь…

Примерно через пять лет живых пользователей социальных сетей будет столько же, сколько мертвых. И с этим надо будет что-то делать, даже цинический разум не в состоянии будет справиться с этой информацией без поддержки маховиков культуры. Будем ждать качественного скачка, слегка вздрагивая, получив автоматическое приглашение в друзья от давно скончавшегося коллеги или знакомого.


Категории

Комментарии

Нет комментариев к данной статье.

Комментарии

Поля обозначенные как * требуются обязательно. Перед постингом всегда делайте просмотр своего комментария.





Старые Новые